Не розумію, як можуть судити люди, що стільки разів зраджували присягу – останнє слово активіста Балуха

Володимир Балух під час судового засідання 20 листопада 2017. Фото: Антон Наумлюк

Володимир Балух під час судового засідання 20 листопада 2017. Фото: Антон Наумлюк

16 січня 2018, підконтрольний окупаційній владі Криму “Роздольненський суд” виніс вирок кримчанину Володимиру Балуху, якого звинувачують у незаконному придбанні та зберіганні боєприпасів, засудивши його до 3 років та 7 місяців у колонії та 10 тис рублів штрафу. Сам кримчанин каже, що його переслідують за його проукраїнську позицію: після анексії Криму Росією мешканець північного Криму, фермер і активіст Володимир Балух систематично вивішував український прапор на своєму будинку та будинку своєї цивільної дружини. У нього неодноразово проводилися обшуки, в результаті яких силовики усували прапор з будівлі. Під час одного з обшуків вони побили господаря.

8 грудня 2016 року Володимир Балух був заарештований у своєму будинку в селі Серебрянка Роздольненського району Криму і звинувачений у незаконному зберіганні боєприпасів і вибухових речовин (70 патронів від автомата Калашникова, 19 гільз і 5 тротилових шашок), які нібито було знайдено на горищі будинку його цивільної дружини. На початку жовтня 2017 року, справу направили на додаткове розслідування, але 16 січня 2018 року, суд залишив вирок у силі. Раніше, експертиза встановила відсутність відбитків пальців в’язня на патронах та вибухових засобах чи інших слідів того, що він коли-небудь їх торкався.

У своєму останньому слові, промовленому 15 січня, Володимир Балух наголосив, що справа проти нього фальсифікована, а вибухівку було підкинуто. Ми наводимо його скорочену транскрипцію мовою оригіналу.

Я не хочу говорить о самом деле, поскольку абсолютно всем понятен тот факт, что это идет политическое преследование за мои убеждения. Все решения, которые будут приняты по этом делу, судом все уже предопределены. Здесь система работает абсолютно слажено.

Никто не искал ответ  на вопрос, каким образом эти предметы оказались на чердаке домовладения моей гражданской супруги. Никто не исследовал мои показания о том, что мне неоднократно угрожали, что у меня найдут патроны и боеприпасы.

Если бы мы пытались принять правосудное решение, законное, даже основанное на законодательстве того государства, гражданином которого я, к счастью, не являлся никогда и являться не буду…

Сейчас я не для прокуроров говорю, а для людей, которые находятся за пределами этого зала. Когда было предыдущее заседание, перед вынесением приговора, у меня спрашивали, как я к этому отношусь. Я тогда дал ответ, который находит подтверджение. Эта система [такова]: сначала они пытаются сломать, заставить молчать, не высказывать своих взглядов и не проявлять свои убеждения. Именно людей, которые в здравом уме, понимают, что произошедшее в 2014 году в Крыму – большое преступление, за которое рано или поздно будуть наказаны все. Если не будут наказаны при жизни, история поставит всем правильные оценки. Но эта система будет перемалывать в жерновах и адептов Путина, и ура-“патриотов”.

Я вообще не понимаю, как люди, которые столько раз изменили присяге, устраивают какой-то суд.

Сами накидали какого-то хлама на крышу дома к которому я, формально, никакого отношения не имею. Все обвинение строится на одной фразе: незаконно приобрел и хранил. А какое это отношение имеет ко мне?

Дайте вопрос, кто незаконно приобрел и на чердаке жилого дома моей гражданской супруги это все хранил до определенного момента. Самым простым доказательством, что я не имею к этому никакого отношения, является хотя бы тот факт, что в материалах дела есть свидетели обвинения, которые говорили, что обыск происходил по двух адресах, включая тот, где я проживаю со своей матерью фактически с самого рождения. Там четыре чердачных помещения; ни одно из них не было обследовано. Там намного больше и построек, и места для поиска подобных предметов, достаточно сравнить паспорта домов. В то же время, обыск по адресу проживания моей гражданской супруги закончился сразу после того, как что-то нашли. Это как нельзя ярче показывает, что приехали за тем, что положили. […]

У меня вызывает только улыбку происходящее. Здесь даже не вызывали свидетелей, которых допрашивали в прошлый раз. […]

Пытаетесь научить любить новую родину? У вас это не получится, сколько бы вы не пробовали.

Все настолько очевидно. Правосудное решение будет принято только тогда, когда будут наказаны те люди, которые забрасывали, подвергали опасности жизнь моей гражданской супруги, моего сына. У меня есть большие сомнения, что те квадратненькие штучки, которые признаны взрывчаткой, действительно взрываются […].

Поэтому любой приговор, помимо оправдательного, незаконный, но это не все – должны быть приговоры в отношении тех людей, которые это действо организовывали. Будем к этому идти. Жаль конечно, что такими жертвами – я не себя имею в виду, а свою мать, котора вынуждена лить слезы уже третий год, проходя эту ситуацию. Слезы матерей тех ребят, которые отстаивают законность и право на самоопределение, право на свободу, на чувство достоинства ценой собственной жизни, сколько уже оплачено, это все, ребятки, ваша система устраивает. Эта система человеконенавистническая… Принимайте какое угодно решение. Я однозначно заявил уже свою позицию и от нее отказываться не собираюсь.

Share